Валентин Коваль: «В моем назначении в Нацсовет точно нет никакого принуждения и никакой «партии»

Валентин Коваль: «В моем назначении в Нацсовет точно нет никакого принуждения и никакой «партии»

27 сентября гендиректор М1 и М2 Валентин Коваль стал седьмым членом Нацсовета по президентской квоте. Это место, напомню, было свободным последние два года, после увольнения скандальной Оксаны Головатенко.

Еще до назначения кандидатура Коваля вызывала на рынке массу вопросов. В первую очередь – из-за прямой связи с Николаем Баграевым, владельцем 50% телеканалов М1 и М2, а также радиогруппы «ТАВР медиа» («Русское Радио-Украина», «Хит FM», Kiss FM, «Радио Roks», «Радио Мелодия», «Радио Relax»), которой нужны частоты для расширения сети вещания. И из-за этого, говорят, Коваль стал непроходным кандидатом по парламентской квоте, освободившейся после ухода Катерины Котенко. Не помогло даже лобби нардепа «Батькивщины» Елены Кондратюк – жены гендиректора канала ICTV, который вместе с М1 и М2 входит в телехолдинг StarLightMedia Виктора Пинчука. Группа вместе с Баграевым решила перестраховаться – Коваль стал членом Нацсовета по президентской квоте. Естественно, тавро лоббиста «ТАВР медиа» и StarLightMedia будет преследовать Валентина всю каденцию, и сам он это понимает.

Пока что Валентин Юрьевич успел поучаствовать лишь в одном заседании регулятора: заняв место между Сергеем Костинским и Ульяной Фещук, новоиспеченный чиновник голосует вместе со всеми – без личной позиции. На этом же, первом для Валентина заседании мне удалось расспросить Коваля о главном – зачем ему это назначение.

– Для рынка ваше назначение сюрпризом не стало. Вы же в одном из интервью назвали его неожиданностью. Почему? И кто все же был инициатором?

– Никогда не знаешь, что станет поводом для финального решения. Эти два года я был советником главы Нацсовета Юрия Артеменко, благодаря ему, видимо, все произошло. Также я знаком с сотрудниками Администрации и пресс-службы президента, с руководством Министерства информполитики, но инициатива, я так понимаю, исходила все же от Нацсовета.

Активисты движения «Відсіч» встретили это назначение крайне негативно, называя вас в своих публикациях украинофобом и чуть ли не противником украинской музыки. Как можете успокоить критиков?

– Во-первых, у меня нет желания успокаивать кого-либо. Я терпимо отношусь к тому, что пишут другие люди. Тем, кого это беспокоит, расскажу свою теорию. Набранное типографским шрифтом слово имеет большую силу. Веками право изложить свои мысли печатным текстом нужно было заслужить, десятилетиями мы относились к напечатанному как к чему-то, прошедшему долгий путь, к чему-то значительному и ценному. Если раньше все обращали внимание на то, что пишет, условно, газета «Правда», то сегодня многие подсознательно считают таким же значимым написанное в соцсетях.

С активистами «Відсічі» я даже переписывался по каким-то вопросам. Они говорят, что на М1 много российской музыки, и в то же время не замечают, что на М2 – до 75% не просто украинской, а украиноязычной музыки. Канал состоит из музыки украинского происхождения. Не говорят и о нашем «Хит-конвейере» – недавно проведенном конкурсе украиноязычной песни с финалом на Певческом поле. Больше того, мы работали в связке с Министерством информационной политики и позаботились о присутствии украинских артистов на платформе иновещания UA|TV. А на М1 мы еще два года назад вполне осознанно отказались от клипов российских певцов, допустивших антиукраинские высказывания. С тех пор мы активно следили не только за «черными» списками украинского Минкульта, но и «списками» российского Минкульта, опубликовавшего открытое письмо деятелей культуры РФ в поддержку политики Путина.

На рынке вас связывают с нардепом Николаем Баграевым, которому, как известно, принадлежит половина каналов М1 и М2, а также половина радиогруппы «Тавр медиа». Менеджмент этих структур всегда был закрепленным за Баграевым, хотя вторая половина принадлежит Виктору Пинчуку.

– С Николаем мы знакомы и сотрудничаем уже 20 лет – с 1996 года. За это время мы создали много успешных проектов – в том числе тот же М1. Кстати, с Юрием Артеменко мы знакомы еще дольше – где-то с 1987-го. Но это еще ничего не определяет. За эти годы я был знаком и работал с огромным количеством людей на медийном рынке – это не означает, что я буду предоставлять кому-то привилегии или что-то в этом роде. Нацсовет – коллегиальный орган, решения принимаются большинством. К тому же у меня нет особых поводов для лоббирования. За все годы существования М1 у нас было, кажется, только одно предупреждение по какому-то формальному поводу. На канале все выстроено так, чтобы проблем «снаружи» не возникало: разве что спутниковая лицензия М1 заканчивается в следующем году, но ее продление не требует никакого лоббирования.

Все же с Николем Георгиевичем у вас тесные отношения. Как он воспринял ваше назначение?

– Мы не обсуждали моего назначения, восприняли его как свершившийся факт. Хотя подачу документов на конкурс в ВР – конечно. Я уже уволился с М1, но определенные организационные обязанности были закреплены исключительно за мной – понятно, после 15 лет руководства каналом невозможно за 3-5 дней полностью «развязаться». Мне еще предстоит передать очень многое – над этим я работаю. И это будем обсуждать.

Кто возглавит телеканалы М1 и М2? Возможно, кому-то из «ТАВР медиа» перепадет ваша должность? Кстати, в госреестре вместо вас указана Наталья Перцева.

– Наш успех в том, что телевидением и радио занимались разные команды – в этом мы не пересекались. В «ТАВРе» сложилась своя успешная и сильная команда, и переходить кому-то на ТВ нет потребности. Сейчас с телеканалами успешно справляется их генпродюсер Сергей Перцев: то, какими вещатели стали за последние 1,5 года, – его заслуга. Я же занимался определенными организационными и финансовыми вопросами, ну и общим руководством компанией. Наталья Перцева – мать Сергея. Ее участие дает возможность работать с банком. Назначение руководителя еще впереди.

– Через месяц – 8 ноября – ступает в действие закон об украиноязычных квотах на радио. Активисты «Відсічі» опасаются, что вы начнете блокировать мониторинги и всяческим образом не давать принимать решения не в пользу холдингов из «Радиокомитета» («Тавр», «УМХ», «БизнесРадиоГрупп», «Люкс»). Каковое ваше видение этого закона?

– Блокировать мониторинги нереально, учитывая хотя бы структуру Нацсовета, в которой четко расписаны полномочия его членов и задачи аппарата. К тому же, повторяю, я всего лишь один из семи членов регулятора, а решения принимаются коллегиально, большинством.

Радиогруппы готовы выполнять украиноязычные квоты. После принятия закона определенный диалог с Нацсоветом был налажен, созданы рабочие группы, прописавшие общие правила взаимодействия, будет подписан меморандум, который их закрепит и прояснит некоторые спорные моменты. А «Відсічі» я бы напомнил, что в законопроекте, который называли «альтернативным», были нормы, квотировавшие украинский язык в ведении программ и в песнях для телеканалов тоже – я принимал участие в разработке и обсуждении этого проекта. Но почему-то именно активисты отсекли эти положение из финальной версии законопроекта. Эти наши предложения не были приняты во внимание.

Насколько я помню, депутаты обещали заняться украиноязычными квотами для ТВ позже. А члены Нацсовета говорили о желании присоединиться к написанию такого закона. Да и президент просил увеличить количество украинского языка на ТВ…

– Нацсовет не обладает правом законодательной инициативы. Но это не мешает нам формулировать новые задачи и содействовать их продвижению. Через депутатов Комитета по свободе слова какие-то инициативы, вроде, подавались.

Ну, хорошо. Теперь личный вопрос. Вам, успешному ТОП-менеджеру ведущей телегруппы, теперь придется жить на зарплату чиновника. Узнавали, какая она? Как будете выкручиваться?

– Зарплата чиновника действительно невысокая (назвать сумму пока не готов), и я об этом знал, идя на эту должность. У меня есть определенный запас прочности. На какой-то период этого должно быть достаточно.

Антикоррупционное законодательство требует заполнения электронной декларации. Говорят, первая «каста» чиновников должна сделать это до 31 октября. Декларировать нужно все, и за неточность светят штрафы (41-50 тыс. грн), исправительные работы и даже тюрьма с лишением права занимать должности. Вы уже заполнили?

– Об э-декларации знаю, но еще не интересовался деталями. Буду консультироваться с нашими юристами – в Нацсовете, как и когда ее заполнять. Пока только получаю ключ электронной подписи, без которого вход в систему невозможен.

Когда-то вы называли свое возможное членство в Нацсовете дауншифтингом. Теперь же на рынке говорят, что вы этого назначения не хотели: якобы для вас все произошло в добровольно-принудительном порядке, по принципу «партия сказала «надо». Это так?

– У меня была некая вероятность стать членом Нацсовета еще два года назад – видимо, припомнили мои высказывания двухлетний давности. Да, тогда я говорил об этом в шутку, как о дауншифтинге. Но с того времени многое изменилось. Я вообще говорил о «социальной командировке»: профессионалы медиаотрасли могли бы позволить себе поработать на государство 2-3 месяца, что пошло бы на пользу и государству, и медиакомпаниям. В моем случае точно нет никакого принуждения и никакой «партии» – для тех, кто меня давно и хорошо знает, мое назначение выглядит вполне закономерным.

Чем будете заниматься в Нацсовете? Вы хорошо разбираетесь в вопросах эфирного цифрового телевидения, в «Индустриальном телевизионном комитете» возглавляли цифровой комитет…

– В Нацсовете уже есть два человека, курирующих вопросы «цифры» (Александр Ильяшенко и Олег Черныш, – МН). Не знаю, нужен ли там третий. Сейчас ко мне перешли обязанности Катерины Котенко: в первую очередь это документооборот, подготовка плана развития телерадиопространства, доработка сайта и реестра телерадиоорганизаций. Планирую заняться новыми технологиями, в частности, ОТТ, ІРТV, цифровым радио. Ну, и продолжить то, чем занимался при разработке нового закона об аудиовизуальных услугах – создавать условия для развития нишевого вещания.

Как видите, Валентин прекрасно «отстрелялся» по всем болезненным вопросам. Кстати, общались мы в кабинете Катерины Котенко – не в мифической комнате в Администрации президента, а в том, что находится на 5 этаже Нацсовета, с прекрасным видом на Крещатик. Удивило меня то, что кабинет совсем не обжит – нет даже ноутбука, но есть стенд с портретом Валентина почти в полный рост. Почему новоназначенный чиновник в первую очередь перевез именно его, я собиралась спросить в конце разговора, но интервью прервалось – Валентина Юрьевича вызвал Юрий Артеменко (почему-то при помощи смс).

А насчет лоббизма – все просто: посмотрим на голосования.

Джерело “Медіаняня

 

Подати запит
на публічну інформацію
Детальніше